Юлия Глязнецова: «Наши геохимики на молекулярном уровне способны определить тип и даже срок давности загрязнения»

В конце мая в нашей стране произошла экологическая катастрофа федерального масштаба, в районе Норильска из резервуара ТЭЦ-3, принадлежащей Норильско-Таймырской энергетической компании (входит в группу компаний «Норильский никель») в окружающую среду вылилось более 20 тысяч кубометров дизельного топлива. Ликвидация последствий аварии все еще продолжается. Для комплексного и всестороннего изучения состояния пострадавшей экосистемы полуострова Таймыр Сибирским отделением Российской академии наук по приглашению «Норникеля» была организована Большая Норильская экспедиция. Научным руководителем экспедиции является Председатель Сибирского отделения РАН, академик РАН Валентин Пармон. В этой экспедиции приняли участие ученые из 14 научных институтов Норильска, Новосибирска, Красноярска, Томска, Якутска и Барнаула.
О том, как проходили полевые работы на Таймыре мы поговорили с участницей экспедиции, заведующей лабораторией геохимии каустобиолитов Института проблем нефти и газа СО РАН ФИЦ «Якутский научный центр СО РАН», ведущим научным сотрудником, кандидатом химических наук Юлией Глязнецовой.
Юлия Глязнецова

— Юлия Станиславовна, расскажите пожалуйста, как прошла экспедиция? С кем из коллег Вы выезжали на Таймыр?

— Экспедиция длилась практически 3 недели. Из института нас было трое, это лаборант-исследователь, аспирант Семен Сивцев, младший научный сотрудник лаборатории геологии месторождений нефти и газа Ринат Атласов и я. Мы с Семеном работали в отряде «Наземные экосистемы», наш рабочий маршрут пролегал от района ТЭЦ до Карского моря.

Юлия Глязнецова и Семен Сивцев

Мы брали пробы почв пойменной части рек, донных осадков и воды по предполагаемому пути распространения нефтезагрязнения. Пробы отбирались в местах слияния рек, озере Пясино, куда впадает река Амбарная. Эта река наиболее пострадала из-за аварии, в её устье до сих пор стоят боновые заграждения и работают спасатели, которые проводят мероприятия по откачке топливно-водяной смеси и проводят рекультивацию. Ринат работал в отряде с гидробиологами Института биофизики СО РАН, они занимались отбором проб донных осадков, в основном, в районе озера Пясино.

Первую неделю мы работали в районе ТЭЦ, затем шли по ручью, впадающему в реку Далдыкан и далее, там, где река Далдыкан впадает в реку Амбарная, то есть наш маршрут был построен по пути распространения топливно-водяной смеси до впадения реки в озеро Пясино. Где-то перемещались на вездеходах ТРЭКОЛ, но, в основном мы передвигались пешком, проходя по тундре более 10 км в день. Так как предполагалось, что нефтепродукты могли распространиться по водным объектам и их берегам вплоть до Карского моря, в последующие недели нас забрасывали на дальние участки вертолетами.

Ринат Атласов

— Заметны ли в тех местах следы аварии?

— Да, местами есть следы нефтезагрязнения и почв, и донных осадков. В районе ТЭЦ, там, где произошел разлив дизельного топлива, несмотря на ведущиеся работы по ликвидации последствий аварии, были видны загрязненные участки, на воде присутствовала радужная пленка и ощущался запах дизельного топлива. Норильск — промышленный город, где на километры растянулись металлургические комбинаты и плавильные заводы, производящие медь, никель, палладий, кобальт, платину, а из множества труб видны шлейфы токсичного газа, запах которого ощущается даже вдали от города и перебивает запах солярки.

— Какие у Вас впечатления от природы полуострова и от экспедиции в целом?

— Там бескрайние просторы, красивые ландшафты. Но, как и во сей Арктике, иногда встречаются старые бочки из-под ГСМ. Это арктический мусор, с которым постепенно начинают бороться различные экологические отряды, волонтеры не только на побережье Карского моря, но и в других арктических районах, в том числе и у нас в Якутии.

Больше всего меня впечатлила четко организованная работа отряда, где каждый участник — компетентный специалист в своей научной области. В отряде все помогали друг другу, как в научных вопросах, так и в решении бытовых вопросов — поставить палатки, приготовить еду. Все жили и работали единой сплоченной командой.

Природа Таймыра — суровая, завораживающая своей силой и величественной красотой, незабываемыми закатами, уникальными животными и птицами. Все это вызывает восхищение и удивление. Хотя, на первый взгляд, природа арктической тундры кажется однообразной, там очень богатая флора и фауна. За время работы отряда от истока реки Пясины до Карского моря нам посчастливилось увидеть в естественной среде обитания оленей, переплывающих реку, тюленя, приветливо помахавшего нам ластами, лемингов, множество птиц. Даже тучи комаров и мошкары, которые нас постоянно атаковали, не смогли испортить впечатления от такой красоты.

— Участие в полевых работах для Вас и для коллег, наверняка, уже дело привычное?

—  Да, для нас экспедиционные работы — дело привычное. Ведь у нашего Института есть многолетний опыт и серьезный научный задел в проведении мониторинга нефтезагрязненных территорий как в Якутии, так и в других регионах, а также в проведении мероприятий по очистке земель от нефтяных загрязнений. В нашем Институте ежегодно проводятся экспедиционные работы по эколого-геохимической оценке нефтезагрязненных территорий и выполняется ряд научно-исследовательских работ в области экологического мониторинга объектов нефтегазового комплекса и разработки биологических методов очистки почв от нефтезагрязнений с использованием углеводородокисляющих микроорганизмов.

Но участие в такой комплексной междисциплинарной экспедиции, где задействованы специалисты из разных областей науки — это уникальное событие и большая ответственность. Результаты наших исследований необходимо будет связать с данными ботаников, почвоведов и микробиологов, мерзлотоведов. В последний раз подобные исследования на Таймыре проводились несколько десятков лет назад и в гораздо меньших масштабах.

— Юлия Станиславовна, теперь, после завершения полевого этапа экспедиции, наступает этап лабораторных исследований?

— Да, детальный геохимический анализ отобранных проб позволит установить наличие или отсутствие нефтепродуктов в экосистеме. Хочу подчеркнуть, что ниже истока реки Пясина, визуально всё было чисто. Поэтому сейчас предстоит очень ответственная и кропотливая работа наших геохимиков, специалистов высокой квалификации с многолетним опытом работы в научной лаборатории, которые могут определить не только содержание нефтепродуктов в пробах, но и на молекулярном уровне идентифицировать тип загрязнителя и даже срок давности загрязнения. Наша лаборатория оснащена высокоточным аналитическим оборудованием.

Задача геохимиков состоит в оценке современного природного фона, который послужит в дальнейшем, так называемой «точкой отсчёта» для определения уровня загрязнения почв. Будет изучен состав загрязнения, выявлены его наиболее токсичные компоненты, определены классы нефтяных углеводородов, легко трансформирующихся в условиях Арктики и в большей степени аккумулирующихся в почвах. Только по изучению состава почв запланировано более шести различных видов анализов.

Объектом наших исследований являются и донные осадки. Их изучение имеет важное значение для определения уровня загрязнения поверхностных вод.

Предстоит большая работа и у микробиологов под руководством старшего научного сотрудника, кандидата биологических наук Ларисы Ерофеевской. Им предстоит оценить не только микробиологическое состояние почв, воды и донных осадков, но и выделить из проб углеводородокисляющие микроорганизмы, которые могут быть использованы для биологической очистки почв на территории Таймыра. Кстати, во время экспедиции нами были заложены пробные площадки на загрязненных почвах, которые были обработаны биопрепаратами на основе микроорганизмов, выделенных из мерзлотных почв Республики Саха (Якутия). Подобными исследованиями заинтересовались и в дирекции ФГБУ «Заповедники Таймыра», где у нас состоялась рабочая встреча.

— Когда будут получены результаты исследований?

— Сейчас какие-то прогнозы делать еще рано. По результатам выполненных исследований всеми институтами-участниками Большой Норильской экспедиции и обобщения большого объёма научной информации будет дана оценка последствий разлива нефтепродуктов и разработаны рекомендации по проведению очистных работ, восстановлению нарушенных территорий и принципам хозяйствования в Арктической зоне Российской Федерации на долговременную перспективу. Предстоит оценить не только текущее экологическое состояние территории, подвергшейся нефтезагрязнению, но и накопленный экологический ущерб в целом от работы горнодобывающих предприятий и металлургических заводов в районе Норильска, которые ведутся уже много десятков лет.

Аналитическую работу мы должны завершить к концу года.

В условиях Арктики, где природа особенно хрупка и ранима, такие комплексные исследования совместно со специалистами из разных областей науки должны носить приоритетный характер.

Беседовала Мария Ефремова
Фото из личного архива Юлии Глязнецовой